Добрый вечер, господа. У нас в гостях — Сэм Спейд, частный детектив, культовая фигура нуара. Главный герой фильма «Мальтийский сокол» 1941 года выпуска. Спустя 82 года он снова появляется в сериале «Месье Спейд» (2023), где неожиданно оказывается во французской глуши. Разговор получился тяжёлым.
— Добрый вечер, месье Спейд. Я слышал, о вас сняли новый сериал. Как вы к этому относитесь?
— (закуривает) С вашего позволения — мистер Спейд. Сериал. Да. Это жестоко. Меня заставили толкать этот бред шестнадцать часов без устали. Даже вишнёвый пудинг умнее, чем я в этой картине. Напыщенный, разочарованный индюк. Никогда не думал, что скачусь до такого.
— Почему вы согласились?
— Деньги. Всегда деньги. И ещё — эти умники сценаристы подумали, что это будет хорошая шутка — засадить меня в эту деревню. Франция, глушь, монахини, виноградники. Тишина. Вы представляете? После Нью-Йорка!
— Но ведь у вас была работа. Вы же детектив.
— Это уже не важно. Я всегда просто смотрел. Молчал. Курил. И этого хватало. В 1941-м я мог сказать: «Когда тебе дадут пощёчину, ты примешь её, и тебе это понравится» — и это звучало честно. А сейчас я выдаю монологи о судьбе, и люди от этого зевают.
— Может, вы просто стали старше, мистер Спейд?
— Старше? Наверное, я всегда был старым. Знаете, я родился циником. А в этом сериале стал каким-то… чувствительным. Сентиментальным. Я говорю о справедливости. О прошлом. О том, как скучаю по Нью-Йорку. Вы думаете, это я? Нет. Это те, кто написал этот текст. Они думают, что старый детектив должен стать мудрым. Но я никогда не был мудрым. Я был злым. (ухмыляется) В самом хорошем смысле.
— А как же исполнитель главной роли — Клайв Оуэн? Он старается.
— Он молодец. Он старается — тянет этот груз, как ломовая лошадь. В его глазах иногда проскальзывает тот самый волчий огонёк. Но сценарий не даёт ему развернуться. Он цитирует меня, а не играет. И это не его вина. Это вина тех, кто написал этот текст. Он — хороший актёр в плохом кино. Ему нужен был другой режиссёр. Другой сценарист. Другая история.
— Что вы скажете об операторской работе?
— (кивает) Красиво. Слишком красиво. Вся эта Франция — утренний туман, виноградники, полутона. Как реклама дорогого вина. Но нуар — это не про красоту. Это про страх. Про душный, грязный, пропитанный потом и табаком мир. Правильно? А здесь всё гладко. Прилично. В этом омуте черти не водятся.
— А музыка?
— Музыка? Для обычного сериала — отлично. Для нуара — слишком ровно. Где диссонансы, которые режут ухо? Где тот звук? Вы помните старину Бернарда Херрманна? Четыре флейты, восемь валторн, сорок шесть струнников! Она давила. Заставляла бояться. Теперь у меня — симпатичный саундтрек (усмехается). Можно слушать в машине. И не вздрагивать.
— Вы смотрели сериал?
— (снова закуривает) Это подкол?.. Смотрел. Досмотрел до конца. Думал, станет лучше. Не стало. Но вы попробуйте. Может, я действительно устарел.
— Смотрели бы вы его, если бы не знали бэкграунд?
— Нет. Это просто очередной сериал про скучающего мужика в европейской глуши. Таких сейчас десятки. Если бы я не знал, кто я такой — я бы не досмотрел и первой серии.
— Как вы думаете, будут ли зрители искать оригинал после этого сериала?
— Нет. Девять из десяти, что они даже не узнают, что это ремейк. А если узнают — не станут смотреть. Потому что чёрно-белое кино — это скучно. Им хочется больше ярких цветов, быстрый монтаж. Им нужен шок. Им нужны шесть убитых монахинь в подробностях. Им нужна моя голая задница в бассейне, повторённая несколько раз для верности. Без этого уже никак.
— Обидно?
— Обидно. Обидно за Богарта, который в 1941-м создал не просто персонажа — он создал мир. Обидно за вас, зрителей. За ваше время. (задумывается) …Но на самом деле мне плевать. Это их дело.
— Что вы посоветуете тем, кто хочет узнать настоящего Спейда?
— Возьмите «Мальтийский сокол». Поставьте. Чёрно-белый. Примитивный. Злой. Там есть всё, что нужно… Извините, мне пора. (гасит сигарету, встаёт, чтобы уйти)
— А этот сериал?
— А это — просто розовый пудинг. Безвкусный розовый пудинг. Без сахара и без смысла. Как и большинство вещей вокруг. Вам продали подделку. Удивительно, что, обладая всей мудростью веков, огромными бюджетами и искусственным интеллектом в придачу — вы остаётесь слепы и раз за разом получаете такой плачевный результат. Это скудность ума. Это бессилие воли. Это тупик.
— И что же нам делать, мистер Спейд?
— Не знаю. Я всего лишь детектив. Моё дело — расследовать преступления.
— Спасибо.
— Всего доброго — надеюсь, продолжения не будет (надевает шляпу и выходит из комнаты).
Мы поговорили с Сэмом Спейдом. Он зол. Он устал. Он разочарован. И он прав. Нам не нужен розовый пудинг — нам нужен глоток крепкого чёрного кофе, чтобы очнуться от этого одурманивающего и сладкого сна.
