Не знаю, когда конкретно это случилось, но Груз 200 уже давно является для меня куда более страшным хоррором, чем любой фильм Джона Карпентера или Дэвида Кроненберга. И Everybody Knows Леонарда Коэна пугает круче любого хоррор-панковского трека. Пусть меня назовут полностью потерянным в ностальгии или даже попросту не вполне адекватным, а я всё же скажу, что причина проста: раньше было лучше и трава была зеленее. И когда мир был плюс-минус в порядке, страшные вещи приходилось искать в чём-то запредельном и сверхъестественном. Сейчас же ситуация такая, что мирской, экзистенциальный ужас пугает куда хлеще любых оборотней и вампиров.
Тем не менее, есть одна хэллоуинская песня из прекрасного далёка, которая даже 64 года спустя остаётся популярной. Она даже совсем недавно вновь попадала в музыкальные чарты: в 2021-ом, 2022-ом и 2023-ем году. Честно говоря, она настолько популярна, что я просто не поверю тому, кто скажет, что никогда не слышал её. Она была в бесчисленном количестве саундтреков, её крутят по радио и порой даже в магазинах подобно тому, как в новогодний сезон из всех утюгов звучит “last christmas I gave you my heart“. И речь идёт, само собой, о композиции Monster Mash Бобби Пикетта.
Как появился Monster Mash? История песни
История не имеет общего мнения на тем того, как именно и почему появился Monster Mash. Стив Гринберг, например, говорит, что в 1962-ом году Америка как раз сходила с ума по фильмам с монстрами. Классические Дракула, Франкенштейн и Человека-Невидимка впервые вышли с экранов кинотеатра и переместились на домашнее телевидение, что заставило США вспомнить и вновь полюбить бессмертные чёрно-белые хорроры. Монстры стали появляться на коробках с завтраками, продаваться как игрушки… Помимо этого, волна дикого рок-н-ролла сменилась коммерческой танцевальной музыкой, поэтому радиостанции заполонило множество около-рок-н-рольных, но гораздо более цивильных танцев: твист, ватуси, мэшд потэйто (тот самый мэш), стролл, et cetera. По версии Гринберга, Бобби Пикетт с холодным расчётом и весьма целенаправленно соединил два популярных движения в один трек и получил вполне себе ожидаемый хит.
Более популярная версия говорит о том, что Пикетт попросту любил старые хорроры. Отец товарища Пикетта управлял кинотеатром, а потому Бобби с юных лет пристрастился к кино, и особенно ему нравились фильмы ужасов. В частности, Пикетт был фанатом Бориса Карлоффа, которого и по сей день каждый настоящий киноман глубоко любит за его исполнение Имхотепа из оригинальной Мумии, Фу Манчу, Франкенштейна и многих других. Именно Карлоффа Бобби пародировал наиболее успешно: до записи Монструозного Мэша, Пикетт успеет выиграть несколько шоу талантов своим комедийным номером, построенным вокруг имитации знаменитого актёра. А потому, добравшись до имитации музыки, Бобби попросту продолжил использовать успешный сценический образ, который ему и самому очень даже нравился. Ни о каком намеренном музыкальном успехе и речи не было: в частности, сам Пикетт в интервью упоминал, что хотел стать актёром, но единственный агент, которого ему удалось найти спустя месяцы поисков, через две недели помер от сердечного приступа, и актёрская карьера Бобби Пикетта явно покатилась в никуда. Monster Mash был для Пикетта способом хоть слегка заработать: всё в том же интервью Бобби вспоминает, как ни на секунду не сомневался в том, что песню полюбит лишь пара законченных Карлофф-фриков. А вот знакомый музыкант Гэри Пэкстон, исполнивший партию пианино и создавший для ставшего легендарным трека звуковые эффекты, с первого дня уверовал в будующий хит.
Истина, как водится, где-то рядом. С одной стороны, Пикетт однозначно был фанатом Карлоффа и хотел быть актёром. С другой стороны, после того, как Monster Mash стал хитом, Бобби не постеснялся записать целый альбом треков подобного рода и продолжал время от времени записываться до 1993-его года. А уж всякие конвенции и прочие сходки посещал вплоть до конца своей жизни, не считая зазорным брать вполне себе приличные деньги за автограф. Так что любовь любовью, а прагматизм однозначно был Пикетту не чужд, и деловой подход в его глазах вполне мог соседствовать с творчеством.
Что известно наверняка, так это то, что ни один лейбл в 1962-ом году не увидел Monster Mash как трек, на который стоит тратить драгоценные запасы винила. Почему? Хороший вопрос. Лейблы отказы объяснять не обязаны, но радио БиБиСи, например, отказалось играть трек всё в том же 62-ом, выдав в качестве официального объяснения фразу “too morbid”, которую можно перевести как “слишком мрачно”. Действительно ли Monster Mash была слишком мрачной на момент 1962-ого года сказать сложновато. Дело вот в чём: песни, забаненные БиБиСи, и причины, по которым они были запрещены – это что-то с чем-то, вполне заслуживающее отдельной статьи. Например, в 1942-ом году была не принята в эфир Deep In The Heart Of Texas Бинга Кросби: руководство на полном серьёзе посчитало, что рабочие заводов будут отвлекаться от инструментов и хлопать в ладоши в такт музыке, а во время войны это было абсолютно неприемлимо. Ebony Eyes братьев Эверли получила бан, так как “текст слишком трагичен”. Space Oddity Дэвида Боуи была запрещена до того момента, как Аполлон 11 успешно завершил свой полёт. И, конечно же, нельзя забыть о том, как в 2013-ом году была запрещена песенка Ding Dong The Witch Is Dead из фильма “Волшебник Страны Оз” 1939-ого года. Торжественный удар банхаммером спустя 74 года после выхода фильма был приурочен к смерти Маргарет Тэтчер.
Так или иначе, а помимо версии BBC о чрезмерной мрачности Монструозного Мэша, других версий как будто бы и нет. Конечно, есть банальное предположение о том, что попросту никто из больших лэйблов не понял потенциал песни, но уж как-то больно слабо верится в такое. Небольшой тираж в несколько сотен экземпляров выдавали и куда более слабым записям. В общем, в конечном итоге распространением занялся лично Гэри Пэкстон. У него всего пару лет назад вышел хит под названием Alley Oop и оставались какие-никакие деньги, а потому Пэкстон лично заказал тираж из тысячи пластинок, не шибко задумываясь над названием подписал диски лейблом Гэрпэкс и разослал получившийся инди-хоррор диджеям на радиостанциях всей страны. Успех был ошеломительным. Остальное – история.
Но есть один момент, лично мне не понятный во всей этой истории. Позвольте выделить из всего вышесказанного следующий момент: даже если Пикетт изначально не планировал Monster Mash как коммерческий хит, он всё же однозначно не стеснялся монетизации после успеха пластинки. И Бобби стопроцентно пытался записать ещё один хит. Большая часть песен Бобби Пикетта построена по образу и подобию Монструозного Мэша: популярный танец в основе, смешанный с умелым пародированием голоса Бориса Карлоффа и звуковыми эффектами. Тех же щей, да побольше влей.
И ни один из записанных Пикеттом треков не получил даже десятой доли славы Монстр Мэша. Почему? Я бы хотел сказать, что в то время публика ещё не привыкла к конвейерам и искренне любила креатив, но история доказывает обратное. После Битлов десятки групп раннего мёрсибита придерживались точно такой же структуры и звучания – и немалая их часть добились успеха. А основанный в 1959-ом году фанк-соул лейбл Motown стал одним из первых настоящих коммерческих музыкальных конвейеров: так называемый Motown Sound – это факт, который успешно поднял новоявленный лейбл на самые вершины музыкального бизнеса и произвёл десятки прибыльных хитов.
Другие песни Бобби Пикетта
Быть может, Пикетт всё же не смог стать достаточно однообразным. Настоящие конвейеры максимально безопасны. Их абсолютно безвкусные и безыдейные сиквелы и франшизы – это никакого креатива, минимум творчества. Просто повторить шаблон и успех оригинала. Все ранние мёрсибит группы звучат как Битлы. Все песни Motown Sound записывала одна и та же группа The Funk Brothers по одному и тому же шаблону. Бобби Пикетт, однако, выбирал разные популярные танцы, порой менял набор инструментов… Как результат: коммерчески провалился. Но зато его песни… всё же интересно слушать. Да, он как будто бы не раскрывает своего полного потенциала, стараясь выехать на Монстр Мэше, но, тем не менее, определённое разнообразие его дискография имеет. Так что хочу напоследок сделать топ-5 песен легендарного Бобби Пикетта, которые заслуживают больше внимания в ночь с октября на ноябрь.
Wolfbane
Честно говоря, далеко не самая классная и оригинальная песня, но мне уж больно нравится текст. Тем более, это тот трек, над которым я лично немного поколдовал, а потому хочу поделиться результатом. Мне показалось, что под конец песни уж больно много рычания, и я решил его вырезать. Так что представляю вам Wolfsbane: Rock This Town Edition.
Bobby ‘Boris’ Pickett And The Crypt-Kickers – Wolfbane (Roarless Edit)
Skully Gully
Хотя у товарища Пикетта и есть трек под названием Blood Bank Blues, Skully Gully мне кажется куда более блюзовой по звучанию. Характерная губная гармошка и пианино где-то далеко на заднем плане однозначно напоминают весьма типичный блюзовый звук.
Bobby ‘Boris’ Pickett And The Crypt-Kickers – Skully Gully
Me & My Mummy
Если вы пришли сюда за хоррором, то я бы сказал, что именно этот трек является самым страшным. Повесть о том, как кто-то влюбился в мумию, в результате чего оказался забальзамирован и помещён с ней в один склеп, лично мне кажется весьма страшной, а абсолютно неподходящий для этой истории медленный и довольно весёлый звук лишь добавляет странной жутковатости данной песне. Помимо этого, Бобби Пикетт в кои-то веки отказывается от речитатива в стиле Карлоффа и немного поёт.
Bobby ‘Boris’ Pickett And The Crypt-Kickers – Me & My Mummy
Monster Rap
Бобби Пикетт узнал про появившийся относительно недавно (для 1984-ого года, разумеется) рэп и как будто бы нашёл себя. Roland TR-808 и речитатив в стиле Бориса Карлоффа словно были созданы друг для друга, добавив ещё один крайне необычный трек в бескрайне креативную золотую эру хип-хопа. Тут и добавить особо нечего: товарищ Пикетт исполняет вроде бы всё как обычно, но свежий жанр музыки сам по себе выводит его на новый уровень, а приглашённый исполнитель – некто Бобби Паин – успешно дополняет необычную смесь.
Bobby ‘Boris’ Pickett & Bobby Paine – Monster Rap (Club Mix)
It’s Alive
После выхода Монструозного Рэпа проходит 10 лет, и Пикетт выпускает свой последний и самый мощный трек. Если какая-то песня Бобби и заслуживала повторить успех Мэша – то однозначно It’s Alive. Чрезвычайно напористый вокал. Много креатива: помимо привычной имитации Карлоффа, Пикетт полноценно использует ещё два голоса, и каждый по своему радует слух. Крики “it’s alive!” на протяжении всей песни откровенно качают. В музыкальном плане Бобби закономерно остановился на рэпе: ровный бит служит основной всей песни. И нельзя не упомянуть, пожалуй, лучший текст из всех песен Пикетта. Особенно мне понравился момент, где создание Франкенштейна завершают силой музыки:
Fritz, work quickly! We may lose control!
Only music has the power to give it a soul!
Get the wolfman on drums, let the mummy play bass!
Give the thing a guitar, there’s no time to waste!
Bobby ‘Boris’ Pickett – It’s Alive
***
Что можно сказать напоследок? Песни Бобби Пикетта – крайне интересная штука. Они как будто бы впитали в себя всё чуть ли не всё предыдущее столетие. Начиная с Бориса Карлоффа и немых фильмов – и заканчивая рэпом и синтезаторами. А Monster Mash в частности – это феномен и культурный столп. И главное, как мне кажется, не просто слушать, а быть всецело знакомым с тем творчеством, благодаря которому подобная песня появилась на свет. От Бориса Карлоффа до Элвиса Пресли. От немого кино до рок-н-ролла. Слушать старую музыку, смотреть старые фильмы. Не забывать про то, с чего всё начиналось. И не позволять вампирам кусать себя. Всем удачи!
Bobby ‘Boris’ Pickett And The Crypt-Kickers – Monster Mash
