Jimbo Mathus & Andrew Bird – These 13: Фолкнер в гостях у Твена

Иногда они возвращаются. Маленький корсиканец отчаливает с Эльбы, чтоб привести к гибели свою Старую Гвардию. Уроборос, вообразив себя щенком, хватает зубами собственный хвост. Из могил перед ветхим особняком восстают истлевшие трупы в остатках серых мундиров. Двое друзей, впервые за четверть века возвращаясь к сотрудничеству, седлают ковëр-самолëт, “делориан” Тысячи и одной ночи, сотканный из музыки, грусти, иронии и метких фраз, правя его во времена юности Нового Света. Один из этого многозначительного дуэта – Джимбо Мэтус, основатель Последней Великой Группы ХХ-го века, Squirrel Nut Zippers.

На последующем с еë распада извилистом пути Джимбо записал с Бадди Гаем два лучших альбома чикагского блюзавра, а также больше десятка собственных пластинок. В раннем детстве Джима нянчила Розетта, дочь легендарного Чарли Паттона, и это сломало парню жизнь – он мог бы честно трудиться на миссисипской барже. Эндрю Бëрд, второй участник – гениальный скрипач, воспитанный на джазе и кельтском фольклоре, украсил своей игрой три альбома вышеупомянутых Squirrel Nut Zippers, ещë три записал с собственным составом Andrew Bird’s Bowl Of Fire, однако известности достиг случайно, вынужденно начав выступать в одиночку, что говорит не только о мастерстве Эндрю, но и о качестве публики, оставившей без внимания такой бриллиант, как “The Swimming Hour”.

Джимбо Мэтус, Эндрю Бёрд, These 13, 2021

С той поры утекло много часов студийной работы, Бëрд снялся в четвëртом сезоне “Фарго”, поимел номинацию на “Грэмми” и оказался ровно там, где начинал: с Джимбо Мэтусом, некогда давшим Эндрю хорошего пинка в большой мир. Дуэт решил отказаться от аккомпанирующего состава в пользу большей аутентичности. Название “These 13” дано с явной отсылкой к одноимëнному сборнику рассказов Уильяма Фолкнера, выпущенному лишь единожды в 1931-м году. Разложим же по косточкам этот междусобойчик.

Смотрите еще  Colter Wall - Songs Of The Plains (2018): Дикий пёс Канадских Прерий

Poor Lost Souls – чистейшей воды Хэнк Уильямс, точнее его призрак, вырвавшийся из оков плëнки утерянной демозаписи и вселившийся в Джимбо Мэтуса. Эндрю Бëрд обеспечивает подлинный скрипичный звук эпохи и стиля с невозможной лëгкостью, припеваючи. И где найдëтся больше бедных заблудших душ, как не в Городе Ангелов? Sweet Oblivion – блюз дельты Миссисипи, слегка видоизменившийся в дыму легализованных сорняков. Странные ощущения. Будто аболиционисты были хиппанами…

Encircle My Love – ковбойская костровая. Пекущаяся картошка, вялящиеся скальпы, кукурузный кофе. Beat Still My Heart – минорный, нарочито безыскусный вальс вечных скитальцев с задушевнейшей партией скрипки во второй половине. Раскрывается, словно цветок в лучах солнца. Лишь трава до сих пор холодна и росиста. Red Velvet Rope пропустили бы на Grand Ole Opry, если бы не неожиданный ехидный бридж.

High John – один из тех блюзов, которые, будучи записаны веком ранее, вносились в Библиотеку Конгресса. Духи негров прошлого пляшут в тенях. Stonewall (1863) глубока и наполнена печальной усталостью. Генерала Конфедерации Томаса “Каменную Стену” Джексона дурацки подстрелил собственный разъезд в 1863-м, через неделю тот скончался от ранения, что стало истинной трагедией для Южан. Песню спасает от анафемы только вопиющая безграмотность нынешних заокеанских деформаторов.

Jimbo Mathus, Andrew Bird, These 13

Bright Sunny South – короткая бессловесная зарисовка на баяне. Bell Witch – анахронизм для времëн всеобщей смартфонизации. Она слишком тепла и полна души. Ведьмин вокал – Сюзанна Хоффс. Dig Up The Hatchet – фолк, перециммерманивающий самого юного Циммермана. О том, как выйти на тропу войны с плотницким инструментом.

Смотрите еще  Баллада Бастера Скраггса - истории Дикого Запада

Jack O’ Diamonds рассказывает, как опустошались карманы лирического героя в процессе карточных игр. Но там, где у одного убыль, у другого прибыток. Не верьте во вред азарта, ребятки, играйте вволю, авось, повезëт и портки сохраните. А музыка здесь корневая настолько, будто исполнители провели десяток жизней в предгорьях Аппалачей.

Burn The Honky Tonk – пиромантическая кантри-баллада с мандолиной. Похмелье, сердечные муки, флакон самогона – навзрыдоопасная смесь. Three White Horses And A Golden Chain – шестиминутное завершение. Три белых коня двум белым парням. Почти пронзительная, но слегка ленивая гармония двухголосья в обрамлении философского пиликанья и задумчивого свиста. Бесконечность музыкальных прерий, и некуда спешить…

Господа Бëрд и Мэтус написали и записали тонкий, лиричный, ни к чему не обязывающий альбом, красивый непритязательной красотой клевера и медуницы. Лишëнный очевидных хитов, как и замышлялось, полный неочевидных достоинств. Словно Том и Гек до сих пор на том плоту, где-то посреди дремлющей Миссисипи…

(Visited 46 times, 1 visits today)


Подписывайтесь на канал RockThisTown в Телеграм!

Кантри, южная готика, хтонические Твари Лавкрафта, комиксы, которые я рисую, всё это вместе. Джаз, хорошее кино, литература, будоражащая ум. Живопись, от Караваджо до Чюрлёниса. Взболтайте. Ожидайте реакции. https://vk.com/id143467757