У Криса Айзека юбилей – 70 лет, и такое с ним впервые на моей памяти (накануне ему было не то 67, не то 69). По такому поводу июнь 2026-го на Урале, вторя музыке Криса, разродился всеми тональностями дождя, от светлого “слепого” через элегически моросящий к нуарному ливню. Град поколачивал крыши автомобилей с упругой мощью Кенни Дэйла Джонсона. С премьерными гастролями пожаловали настоящие американские торнадо, сносившие крыши в буквальном смысле. Праздник. В честь этого события хочется вспомнить лучший альбом Айзека “Forever Blue”, тридцать лет назад номинированный на Грэмми как лучший рок-альбом, но проигравший альбому Аланис Мориссетт, которая, при всём уважении, вспоминается только по роли самого́ Создателя в схизматической комедии Кевина Смита “Догма”.
“Forever Blue” отличает не только великолепная композиторская работа, но и восхитительные инструментальные партии, каждая из которых представляет собой кусочек мозаики, идеально вложенный в общую картину. Это тем более удивительно, поскольку Джеймс Калвин Уилси, сооснователь группы Айзека Silvertone, был вынужден её покинуть ещë во время записи четвёртого альбома “San Francisco Days”. Героин вообще был создан для немецких солдат, чтоб те шли в бой, не обращая внимания на пулевые отверстия и оторванные конечности. Похоже, Уилси вслед за Китом Ричардсом ощутил себя бойцом рок-фронта, а прибирать за ним пришлось кантри-гитаристу-виртуозу Дэнни Гэттону и, что интересно, хард-роковому гитаристу Джеффу Уилсону, известному своей техникой тэппинга в две руки.
К моменту записи “Forever Blue” нового стабильного шестиструнника ещё не нарисовалось, но Джефф со своим неординарным подходом вновь пришёлся ко двору: теперь он звучал как Пол Бёрлисон, нежно влюблённый в Пэтси Клайн.
На альбоме также отметились: Джимми Пью со своим хэммонд-органом, Брюс Кэфан на педал-стил гитаре, Дэвид Грисман на мандолине и легендарный для всех рокабиллов после фильма “Гонщики/Roadracers” Джонни Рино, заявленный как саксофонист, хотя саксофон на записи приходится искать со стетоскопом. Ритм-секция в лице Роули Сэлли и Кенни Дэйла изначально представляла из себя незыблемую глыбу. Да и, пожалуй, хватит славословий, идёмте слушать!
Baby Did A Bad Bad Thing – вкрадчивое рокабилли-буги, несущее угрозу невозможного наслаждения. Клавишные на втором плане внезапно начинают звучать будто сирены полицейских машин, тут же успокаиваясь и насвистывая инфернальную мелодию. Стэнли Кубрик не зря вонзил эту песню в свой последний шедевр “С широко закрытыми глазами”.
Somebody’s Crying напоминает фолк-рок в духе The Byrds, оставаясь при этом совершенно Айзековской.
Graduation Day – школьный нуар с привкусом кантри и “Твин Пикс”. Очень дождливая. Очень красивая. Жутковатая.
Go Walking Down There тревожна и надрывна, напоминая этим Дела Шеннона и некоторые отчаянные песни The Yardbirds и The Animals. Клип на песню был снят Биллом Поупом, оператором, успевшим поработать с Сэмом Рэйми над “Армией мертвецов”. В клипе красивые люди и неизбывная жуть в самых ярких тонах. Уникальное сочетание музыки и видеоряда, создающее трёхминутный радужный фильм ужасов.
Don’t Leave Me On My Own – поп-рокабилли, сочетающее в себе дух Пресли, Орбисона и Джина Винсента. При том совершенно самостоятельное произведение с собственными грувом и мелодизмом. Восхитительно. Будто внезапно прокатившийся ливень посреди знойного дня.
Things Go Wrong – красивейшая кантри-баллада с глубоким тремоло и восхитительным крещендо.
Forever Blue своей бархатистостью напоминает потерянный джазовый шедевр, который забыл спеть Джин Винсент.
There She Goes попросту светла своей легчайшей грустью, нарочито беззаботной мелодией и скрытой глубиной.
Goin’ Nowhere – ещë один “потерянный хит 1960-х” и просто могучая песня.
Changed Your Mind – сёрфовый нуар. Прибой несёт с собой свежих утопленников, а буря на горизонте – кое-что похуже.
Shadows In The Mirror, возможно, величайшая песня Криса. Невозможно прекрасная. Лучший из его вокализов. Душераздирающе. Душеуспокаивающе.
I Believe жизнерадостна на поверхности, горька в глубине, но мелодия волшебна, как ни крути.
The End Of Everything – красивая и страшная баллада. Красивая и страшная педал-стил гитара эхом отзывается на голос Криса.
Ни одной слабой песни, лаконичные пронзительные аранжировки – альбом слушается на одном дыхании дважды. Затем переслушивается снова и снова. А после с ним и вовсе не расстаться.
И когда, войдя во Врата, вы предстанете перед “Аланис Мориссетт”, уверенно говорите, что “Forever Blue” вы слышали, а “Jagged Little Pill” – нет. Держитесь верного курса, Лунные Псы! В Аду теплее и музыка лучше! Хотя дождя будет не хватать…
