Мэрилин Монро: Часть 4. Some Like It Hot – вечная любовь

Пожалуй, самый известный и более всего любимый зрителями образ Мэрилин Монро создала в фильме классика американского кинематографа Билли Уайлдера «Некоторые любят погорячее» («Some Like It Hot»). Заметим, что, попав в советский прокат в 1966-м лента сменила своё название, отсылавшее к знакомому каждому американцу с детства фразеологизму с примерным смыслом «кому что нравится». Но об этом позже, а прежде немного о том, как родился этот киношлягер, который по некоторым опросам признаётся лучшей комедией в истории американского кинематографа.

Общие контуры известных многим сюжетных коллизий «Some Like It Hot», с переодеванием двух друзей-музыкантов в женские платья, впервые были использованы в третьеразрядной французской ленте «Фанфары любви» почти за четверть века до создания комедийного шедевра Билли Уайлдера. Но то, как эти травестийные контуры были вписаны в историческую ткань времён «сухого закона», как изумительно были выписаны диалоги героев и даже образцово-хичкоковски поддерживался саспенс, говорит о высочайшем мастерстве сценаристов ленты.

Это была уже вторая картина, в которой Уайлдер работал в сотрудничестве с Изи Даймондом, с которым они создали в будущем ещё десяток прекрасных комедий. Трудно поверить, но для соавторов сценария английский не был родным, ведь оба приехали в Америку из Восточной Европы. В языковом багаже Уайлдера, перебравшегося в Голливуд середины тридцатых, кажется, вообще была пара общеупотребительных выражений. Но к концу пятидесятых Билли Уайлдер владел английским на все сто. И даже более, ведь многие фразы из этой нестареющей комедии стали крылатыми, прочно войдя в американский английский. Да и в русский тоже, если вспомнить одну из самых известных реплик, звучащих в самом конце – «Well, nobody’s perfect», о чём говорит отдельная словарная статья в русскоязычной версии Википедии.

Особый смак американские зрители старшего поколения должны были получать и от того, как фарсово в «Some Like It Hot» обыгрывались штампы гангстерского кино. Некоторые актёры, олицетворявшие его, пускай и в ролях второго плана, к примеру, Джордж Рафт (представший здесь мафиозным денди в белых гетрах) сыграли в «Некоторые любят погорячее» свои лучшие роли на экране. Да и исполнители главных мужских ролей – Тони Кёртис и Джек Леммон так перевоплотились в своих персонажей, что можно сказать: образы их Джозефины и Дафны стали мемами. Такую же самодостаточность образа без слов достигает и сыгранная Мэрилин Монро «Душечка», как стали величать её «Sugar» (Сахарок) в хрестоматийном дубляже киностудии им. Горького.

Любопытно, что роль эту сценаристы выписывали для не столь звёздной актрисы и желание сняться Мэрилин в этой роли с одной стороны было большой удачей. Но с другой, съёмочный процесс с ММ сразу обрёл драматизм эпического масштаба.

Многие сцены переснимались по желанию Мэрилин десятки раз, плюс к этому стоит добавить море бесплатных советов по улучшению снимаемых сцен, что получал режиссёр ленты от супруга главной звезды – драматурга Артура Миллера и её наставницы в актёрском ремесле Полы Страсберг. Спустя годы, Билли Уайлдер, отдавая должное замечательной игре ММ, афористично-язвительно заметил:

«Думаю, о Мэрилин Монро написано больше книг, чем о Второй мировой войне, и между ними много общего».

И, конечно, стоит напомнить, что «В джазе только девушки», как назвали этот фильм в советском прокате, наполнен чудесной джазовой музыкой и песнями (чего стоит хотя бы «I Wanna Be Loved by You»), что исполняет по-детски наивная героиня экранной истории. То, как это делает Мэрилин Монро завораживает при каждом новом просмотре ленты. В начале семидесятых на Бродвее был даже поставлен мюзикл «Sugar», вдохновлённый этим шедевром кинокомедии.

Marilyn Monroe – I Wanna Be Loved by You

На советские экраны «В джазе только девушки» вышли в конце августа 1966 года. Но немногие знают, что впервые «Some Like It Hot» увидели в Москве ещё семью годами ранее, когда в столице Страны Советов проходила Американская национальная выставка, в рамках которой редкие счастливчики имели возможность увидеть Мэрилин в этой картине. А в сентябре того же года в рамках американского турне советского лидера Хрущёва, ММ даже имела возможность пообщаться с ним на обеде в его честь, устроенном в столице мира кино. Если бы не прискорбный инцидент с лётчиком Пауэрсом 1 мая 1960 года, подморозивший советско-американские отношения, то комедия Уайлдера, в которой при желании можно было усмотреть и сатиру на капиталистические нравы, могла бы пойти в нашем прокате уже в начале шестидесятых. Но, получилось так, как получилось и импринтинговая влюблённость в Мэрилин произошла для наших зрителей уже за порогом её земного существования. Уйдя трагически рано, она оставила нам свой ранимый, почти неотмирный, нестареющий образ – образ вечной любви. Великая Элла Фицджеральд так подытожила жизнь Мэрилин:

«Я в неоплатном долгу перед Мэрилин Монро… она лично позвонила владельцу клуба «Мокамбо» и сказала, что хочет, чтобы меня немедленно пригласили, и тогда она будет занимать столик в первом ряду каждый вечер. Она сказала ему – и это было правдой, учитывая звездный статус Мэрилин – что пресса будет в восторге.

Владелец согласился, и Мэрилин была там, за столиком в первом ряду, каждый вечер. Пресса просто сошла с ума. После этого мне больше никогда не приходилось играть в маленьких джаз-клубах. Она была необыкновенная женщина – немного впереди своего времени. Но она этого не знала».

Билли Уайлдер о Мэрилин Монро:

«В последний раз я видел её беременной, она расставалась с [Артуром] Миллером. Она была с Ивом Монтаном. Она пришла на вечеринку к Романову после показа фильма «Квартира». Она снималась в фильме с Джорджем Кукором [«Давайте займёмся любовью», 1960], одним из самых приятных людей, какие только есть. Но [у нас с Монро] никогда не было хороших или близких личных отношений. Я не поддавался, знаете ли, её прихотям. […] Я был на площадке, а её там не было. Я посылал за ней кого-нибудь, второго ассистента, чтобы тот постучал в дверь её гримерной: «Мисс Монро, мы готовы».