Уэльс – родина короля Артура и Тома Джонса. Майкл Баррат родился чуть позже, 4-го марта 1948-го года, оказавшись одиннадцатым (!) ребёнком в семье, откуда отчалили старшие братья, а средние недоумевали, с кем теперь мутузиться. Тут-то с криком “Авап-бап-алу-бап” на них напрыгивал младший. Поэтому его отдали молочнику, пущай, дескать, радует земляков поутру молоком и прыжками. “Вот вам литр парного от телёнка Гаврюши. А вы Литр Ричарда слышали?”. Вскоре Майкл закорешился со всеми разбойниками в околодке.
После изобретения бас-гитары у долговязых камень с плеч, теперь басиста выбирала “орлянка”. Свежесобранный коллектив назвался сначала “Олимпиониками”, потом “Казаками”, а под конец банальными нерусскими “The Denims”. Сознавая ответственность перед грядущими поколениями, Майкл Баррат вступил в коммунистическую партию YCL, после чего уже со знанием марксистского материализма принялся стращать приходского священника криками “ууубей-бе, хэвме сом фан тунайт”. Непоседливого озорника позвали в состав The Backbeats, опытные ребята, игравшие с конца пятидесятых. Там его заметил концертный управляющий Пол “Ноги” Баррет. Пол-Ноги предложил группе контракт с условием, что будет выбрано иное название для группы и сценический псевдоним для вокалиста.
Майкл решил назваться Трясущимся Стивенсом в честь одноклассника Стивена, страдавшего трясучкой от постоянной игры в “орлянку”. Уже в 1969-м году Shakin’ Stevens & The Sunsets играли на разогреве у Роллингов, а первый альбом продюсировал Дэйв Эдмундс. Да что там говорить, у парней было настолько бодрое рокабилли, что в конце 1990-х их диски принялся штамповать некий оборонный завод на Урале! Однако бодрым рокабилли семью не прокормить, если оно не конвертируется в хрустящие банкноты, а оно конвертировалось посредственно, в континентальной Европе их концерты и записи встречались с куда большим энтузиазмом, чем на родине.
А в 1977-м случился мюзикл “Элвис!”, куда Шейкин Стивенса позвали изображать некого Пресли. Группа ждала его целый год, аж барабанщик запел, но Шейки не вернулся. Его взял в оборот большой шоу-бизнес. Уже в 1978-м вышел дебютный лонгплей “Shakin’ Stevens” с приглашённой бандой Sounds Incorporated и пианистом The Sunsets Эйсом Скаддером на аккомпанементе. Пластинка не вошла ни в один чарт, и Track Records, ни в ус не дуя, передали контракт на артиста компании Epic. И тут заверте… Хотя нет, “заверте…”, но не сразу.
На альбоме “Take One!” даже присутствовал легендарный гитарист Альберт Ли, успевший поиметь честь с Бо Диддли и Джерри Ли Льюисом, однако единственным синглом стала “Hot Dog” Бака Оуэнса с очень точной педал-стил-гитарой не менее легендарного Брайана Джона Коула. “Сосиска” вскарабкалась на 24-ю ступеньку в чартах, наконец заявив публике о новом имени в рок-н-ролле. Далее последовал альбом “Marie Marie”, заглавная композиция которого принадлежит перу и медиатору Дэйва Элвина из The Blasters. “Марья” добралась до 19-го места, но внезапно облагороженная версия старой американской песенки “Тот старый домишко”, сделанная по лекалам уже попользовавших её NRBQ, прочно заняла первые места во всех английских чартах. Далее последовала забавная чехарда: лейбл перевыпустил альбом под новым названием “This Ole House”, не умеющие анализировать элементарные вещи английские подростки не понимали, что пластинки с одинаковыми обложками, пусть и под разными названиями, содержат одно и то же. Видимо, уровень образования в великоБритании уже тогда был сравним с уровнем канализации (нет-нет, детей тех, кто способен платить, обучат по высшему классу, хотя если из России, то, даже если ты еврей, ставки возрастут). Начальный альбом будет переиздан под названием “Hot Dog”.
Удивительное дело: британская монархия долгое время работала над превращением подростков во взрослых кретинов, а сейчас завозит идиотов с Востока. Только углядев знакомые слова, молодые люди брались за конверт пластинки. В те дни ещё знали, что есть альтернатива шуму помоек, называемому “панк”. Панк, в свою очередь, работал на отупление толпы. Панк для белых, хип-хоп для цветных. Мы наблюдаем, что не изменилось ничего за более чем полвека. Альбом “Marie Marie” будет переиздан для тупорогих под названием “This Ole House” (поскольку никто не додумается, что песня “This Ole House” может скрываться на альбоме “Marie Marie”). Альбом “Take One!” будет переиздан как “Hot Dog”. Среднестатистическая каналья не способна прочесть информацию на обороте конверта. Джентльмены всей когортой наблюдали, как среднестатистическая каналья не могла найти даже оборотную сторону конверта. Хихикали сквозь слёзы. Панк дал результаты.
Для Потрясного Стивенса 1980-е прошли потрясно. Три сингла на первом месте, десяток в горячей десятке, ещё количество в “полтиннике”. Брайан Сетцер нервно наблюдал за Трясущимся Степанушкой, вот рокабилл, который был на вершине, покуда The Stray Cats глотали пыль.
Внезапно прыть и удаль испарились. Последним хитом стала нетленка для супермаркетов “Merry Christmas Everyone”. Похоже, “звёзды” держали рокабилльных собратьев за двухминутное недоразумение. Хотя и Орбисон, и Кэш доказали обратное. С 1991-го года “Тряханутый” Стивенс выпустил всего четыре альбома, в последнем он делится мудростью, например, “All You Need Is Greed” напрямую указывает на преемственность от последних альбомов Джонни Кэша. Неважно, слушают ли английские исламисты “Merry Christmas Everyone”, мы послушаем “Green Door”, великолепный рокабилли-шаффл.
Мистер Баррат никогда не был гением, но он был талантищем, который уделывал пресловутого Сетцера. С этой мыслью и оставайтесь, Лунные Псы!
